Зв'яжіться з нами

АТО

Лютнева «спека» Дебальцевого

Опубліковано

від

Три роки тому в ці лютневі дні точилися важкі бої на Дебальцівському плацдармі.

Лютий 2015 року. В Мінську лідери країн «нормандської четвірки» намагаються знайти шляхи врегулювання конфлікту на Сході України. В той же час один з них, президент РФ, будь-що хоче мати додаткові аргументи для тиску на Україну. Головним його козирем у цій політичній грі мало стати оточене угруповання українських військ у районі Дебальцевого.

Тому, нехтуючи домовленостями про припинення вогню, з оскаженінням гатила по нашим позиціям російська артилерія, повзли на українські укріплення «воєнторгівські» танки та сунули в атаку роти «відпускників». Мета була одна — повністю оточити угруповання наших військ, захопити важливий залізничний вузол та змусити українців підняти білий прапор…

Детальніше про події трирічної давнини розповідають учасники тих боїв.

Танкісти контратакою відбили спробу прориву росіян під Попасною.

Тоді, 1 лютого 2015 року, панцерники з 17-ї бригади розбили ворожу тактичну групу, що намагалася вийти в тил нашим військам.

Узимку 2014–2015 років сержант Олександр Сурсяков був навідником-оператором танка в 17-й танковій бригаді

Строкову службу Олександр відслужив у 90-х роках минулого століття навідником-оператором БМП у розвідбаті. Після строкової влаштувався на роботу в автосалон — менеджером зі збуту автомобілів. Життя складалося звично і добре: дім, дружина, діти, улюблена справа.

Все змінилося після того, як росіяни захопили Крим. Колишній розвідник відразу відчув — буде війна. Він став до строю у третю хвилю мобілізації. Коли я його запитав, чи були думки прикритися сім’єю, дітьми, він на мене подивився із неабияким здивуванням:

— Навіщо? Ворог прийшов на нашу землю.

Потрапив у танкову бригаду. Вакансій на БМП не було, але була гостра потреба в танкістах усіх спеціальностей. Про ті дні Олександр згадує з усмішкою:

— Я, коли отримав пропозицію стати навідником-оператором танка, навіть зрадів: танк все ж краще захищений, та й «наваляти» з гармати можна серйозніше. Так я став танкістом.

На перенавчання пішло небагато часу. За підсумками навчання його взяв до себе навідником командир роти Сергій Федосенко, тоді ще старший лейтенант.

Уже на початку осені бригада висунулася на полігон, а звідти — в район проведення АТО. Її підрозділи розтягнули на кілька секторів. Батальйон Олександра став буквально на голе місце під Попасною й Троїцьким і прикривав Дебальцівський плацдарм.

Танкісти обладнали позиції — від Троїцького до Попасної, зайнявши панівні висоти. Це були опорники «Пастух», «Сміливий», «Кінолог», «1702», «Єгер» та «Саша».

— Бойовики відразу ж почали обстрілювати нас із важких мінометів. Попервах спали під танками. Згодом обладнали бліндажі. Дуже допомагали облаштовуватися волонтери, — розповідає Олександр.

Осінь під Попасною пройшла відносно спокійно…

Незабаром танки командира роти Сергія Федосенка і командира взводу старшого лейтенанта Максима Мірошниченка включили до резерву командира батальйонної тактичної групи.

З початку січня, коли росіяни почали атакувати Дебальцівський плацдарм, було очевидним, що попереду важкі бої.

Обстріли росіян ставали дедалі потужнішими. Однією з їхніх цілей став Свято-Троїцький храм у селі Троїцькому, один з найстаріших у Луганській області, пам’ятник архітектури. Його побудували ще 1840 року, він витримав дві війни — Громадянську і Другу світову, але від нинішньої постраждав найбільше. Російські найманці били по храму доти, поки не збили з нього баню. Очевидно, вважали, що там сидить спостерігач або корегувальник.

Олександр згадує, як після обстрілів допомагали місцевим жителям — парафіянам храму — рятувати понівечений осколками іконостас, церковну утвар.

Наприкінці січня 2015-го бої вже точилися по всьому фронту. 25 січня був страшний бій на опорному пункті «Валера» під Санжарівкою. Обстановка загострювалася. Танкісти тримали техніку в повній боєготовності. Прорив під Попасною міг призвести до оточення нашого угруповання.

У ніч на 1 лютого велика група російських бойовиків непоміченою підійшла до опорного пункту «Саша» і о 6-й ранку почала атаку. Вони гранатами закидали бліндаж, де ночували танкісти одного з екіпажів, що стояли на опорнику. Завдяки продуманій конструкції бліндажа екіпаж уцілів, але танкіст Дмитро Головін, що вискочив з укриття до танка, загинув.

Командир БТГР «Атлет» підняв резерв по тривозі. Максим Мірошниченко згадує: «Я зазвичай, прокинувшись о 6-й ранку, приходив на КНП. Цього разу ранкова доповідь закінчилася бойовим наказом на висунення в сторону «Саші».

Група резерву швидко вишикувалася в колону і вирушила. 20 кілометрів від Попасної до місця бою подолали швидко. Думали про одне: тільки б встигнути.

Коли пройшли дамбу і майже прибули на місце, Сергій Федосенко заборонив далі рухатись дорогою, і пара танків помчала полем. Як згодом з’ясувалося, це було правильне рішення — бойовики накидали на дорозі міни.

Вгору по схилу танки йшли важко, через відлигу земля розкисла, машини буксували. Нарешті рівне поле. Попереду — негуста лісосмуга, за нею — опорник, на якому йде бій.

Олександр припав до прицілу. Наші танки, ламаючи дерева, вискочили з тилу, звідки їх не чекали. Щоправда, ситуація ускладнювалася тим, що зв’язку з опорником не було. Сергій Федосенко докрикувався до «Атлета», той зв’язувався з опорником, потім відгукувався, і вже потім наказ доводився до Максима Мірошниченка. На це все витрачалися дорогоцінні секунди. По танках вже били бойовики з гранатометів, але, на щастя, невлучно.

Стукаючись налобником шлемофона по прицілу, Олександр Сурсяков, закусивши губу, намагався у свої 8° огляду побачити хоч щось, крім неба, землі та прорідженої лісосмуги.

— Сашко, бачиш їх? — Сергій Федосенко розвернув башту, — ось вони, в білих халатах!

Але Саші їх видно не було, зате бойовиків помітили танкісти з танка Мірошниченка. Фігури в білих маскхалатах накрила громадина «ведмедика» Макса.

Нарешті в Саші у прицілі з’явилися фігури в камуфляжі. Вони відчайдушно махали руками. Він помітив, що один з автоматів перемотаний скотчем обумовленого кольору.

— Дідько його бери, це свої …

Танк, вихлюпнувши хвилю води і болота, різко, майже дрифтом, розвернувся. Ось тепер у прицілі точно вороги. Косинець прицільної марки ліг під групу фігур, що поквапом пересувалися. Постріл!

— Є! Давай ще!!!

Дзижчання конвеєра, черговий постріл з гуркотом виніс ще одну групу. З залитої водою траншеї висунувся хтось відчайдушний із гранатометом, але його буквально навпіл розірвало чергою з кулемета.

— Сашо, бий по лісосмузі, НСВТ не проб’є — розривні!!!

— Б’ю, — кинув він через до болю зчеплені зуби. І вдарив раз, потім ще…

Механік-водій Ігор Пирогов кидав машину з боку в бік, Сергій Федосенко стріляв з кулемета. Танки, як розлючені ведмеді, гасали по полю, били з гармат і кулеметів.

З флангу, від опорника «Єгер», їх підтримував танк Олексія Осташівського. На жаль, в них влучила ПТКР — екіпаж загинув миттєво. Бойовики огризалися.

Несподівано замовк НСВТ на башті танка.

— Сашо! — крикнув Федосенко наводчику, — заміни короб! У мене люк заклинило!

Сурсяков зачекав, потім ривком відкинув важку кришку люка. Визирнув. Навколо тріщали постріли, але він, не звертаючи на це уваги, перехилився до гарячого кулемета. Виклацнув порожній короб, вставив на його місце новий — із бронебійно-запальними кулями. Пірнув назад у башту.

І знову загриміли постріли. Бойовики, залишивши майже 40 убитих і декількох поранених, втекли. Уже після бою стало зрозуміло — прорив росіян відбитий, загроза оточення ліквідована. В бою загинув сержант Дмитро Человський.

Позиції, які тоді утримали танкісти і піхота, досі під контролем України.

Зараз Олександр повернувся до мирного життя, знову працює в автосалоні. Ходить на роботу в костюмі і краватці. Мало хто нині впізнає в цьому підтягненому елегантному менеджері з продажу машин відчайдушного танкіста з 17-ї танкової.

І тільки погляд — суворий погляд танкіста, що бачив смерть, нагадує про ті дні, коли він носив комбінезон і шлемофон.

Олександр Шульман, «Народна армія»

mil.gov.ua

Реклама
Коментарі

АТО

Самогубства серед бійців АТО: Матіос озвучив сумну статистику

Опубліковано

від

Від

Головний військовий прокурор України Анатолій Матіос заявив, що в середньому в зоні проведення АТО на Донбасі щотижня вчиняють самогубство 2-3 військовослужбовців.

Про це Матіос сказав в ефірі телеканалу “112 Україна”.

“Дуже сумна статистика самогубств серед людей, які тривалий час перебувають (на території бойових дій). В середньому на тиждень 2-3 людини. Це ті, хто перебуває в зоні АТО”, – сказав він.

Матіос при цьому зазначив, що ведення статистики самогубств серед учасників бойових дій не належить до компетенції військової прокуратури.

Військовий прокурор також додав, що участь у бойових діях на сході України взяли понад 500 тисяч осіб.

“До 80% з них мають ті чи інші ознаки посттравматичного синдрому, який полягає і в жорстокості в сім’ї, і в агресії, і в несприйняття цивільного життя”, – додав Матіос.

 

24tv.ua

Продовжити читання

АТО

Финляндия готова направить миротворцев на Донбасс

Опубліковано

від

Від

Президент Финляндии Саули Нийнистё заявил, что его страна готова присоединиться к миротворческой миссии ООН на Донбассе.

“Речь идет об одной из самых серьезных проблем в Европе, поэтому, если будет даже небольшая возможность решить кризис, Финляндия должна принять участие в урегулировании этого кризиса”, – отметил Нийнистё журналистам в Мюнхене 17 февраля, передает издание Yle.

Напомним, на Мюнхенской конференции по безопасности был представлен доклад Института Хадсона, подготовленный по просьбе бывшего генсека НАТО Андерса Фог Расмуссена. Документ предлагает, чтобы в Украину направили около 20 тысяч миротворцев и 4 тысяч полицейских, которые взяли бы под контроль всю территорию ОРДЛО, включительно с государственной границей. Участниками миссии могут быть миротворцы из стран, не входящих в НАТО, приемлемые как для Украины, так и для России. Например, из Беларуси, Казахстана, Монголии, Австрии, Финляндии, Швеции, Португалии, Греции, Аргентины, Бразилии, Чили.

Швеция выразила готовность послать свои войска в Украину, если Запад и Россия договорятся о формате миротворческой миссии для Донбасса. О поддержке миротворческой миссии также заявил канцлер Австрии Себастьян Курц.

lb.ua

Продовжити читання

АТО

Позывной Янек: “Мы пошли на помощь Бутусову и столкнулись с россиянами на дистанции в 30 метров. “Контакт!” – и друг по другу в упор!”

Опубліковано

від

Від

Позывной Янек – один из лучших офицеров Сил специальных операций ВС Украины, командир группы спецназа 3-го полка в начале войны, мотивированный воин с гибким и нестандартным мышлением. Три года назад, 16 февраля 2015 года, получив информацию, что группа его друга Юрия Бутусова попала в засаду, Янек по своей инициативе без приказа поднял нескольких своих бойцов и выехал на помощь.

Позывной Янек: Мы пошли на помощь Бутусову и столкнулись с россиянами на дистанции в 30 метров. Контакт! - и друг по другу в упор! 01

Форма спецназовца Ивана Зуева, в которой он был в бою 16-го февраля 2015-го года в Нижнем Лозовом, и лично уничтожил трех разведчиков противника. Экспозиция Национального музея истории Второй мировой войны в Киеве.

Однако по дороге в Дебальцево его группа также попала в засаду и вступила в бой с российской разведгруппой на ближней дистанции. Благодаря подготовке Янек остался жив. Он получил тяжелое ранение, но остался один на поле боя. Бойцы его группы нашли и спасли офицера спустя несколько часов благодаря экипажу БТР-4 Нацгвардии 4-го батальона “Крук” из Ивано-Франковска, который пришел на помощь товарищам в сложной обстановке, когда другие ехать в неизвестность отказались. Вот впечатляющий рассказ Янека:

“Моя группа и группа Юры Бутусова получили задачу проводить колонны из Дебальцево. Город был в окружении – каждый раз нам приходилось прорываться через обстрел, надо было хорошо ориентироваться на местности, поэтому, наверное, нас и направили. Две другие группы нашего полка отказались выполнять задачу. Риск был большой, но мы действовали, ведь те, кто был в окружении, рисковали не меньше нас. 16 февраля я вернулся после проводки конвоя в Луганское, а Юра провел накануне колонну в Дебальцево. Примерно в 12 часов мне позвонил командир батальона: “Юра попал в засаду, есть потери”. И все… другой информации нет. Юра был очень близким моим другом на войне: мы вместе начинали с ним весной 2014-го на Донбассе, вместе проводили операции в районе Саур-Могилы, вместе отходили из сектора “Д”, когда российские войска наступали. Когда я узнал, что Юра в беде, я сразу начал действовать. У меня был пикап Л-200 и “Урал” грузовой. Но на них ехать было нельзя – враг контролирует дорогу, все простреливается. Мы поехали в Луганское на базу 73-го центра специальных операций, они нам дали БТР. Примерно через час после получения информации мы выехали. Информации, где Юра, не было. Я подумал, что он попал в засаду на дороге недалеко от Логвиново. Логвиново противник занял 9-го, там было не прорваться, и оттуда они выдвигались для контроля единственного проселочного пути, по которому еще прорывались конвои. Вначале там один пулеметчик у них работал, потом два, и начал выезжать танк в белом камуфляже, который обстреливал наши колонны (российский танкист 5-й танковой бригады ВС РФ Доржи Батомункаев рассказал, как обстреливал украинские колонны. – Ю.Б.). Из Луганского мы выехали в таком боевом порядке. Впереди БТР, я и двое бойцов на броне сверху, контролируем обстановку, пулеметчик в люке “кукушки”, мой заместитель на месте старшего машины, и медик в машине, сзади, на удалении, наш Л-200 со снайпером группы. Его задача: во-первых, работать как ретранслятор, держать связь по рации между нами и базой в Луганском, а во-вторых, в случае затяжного боя, действовать в качестве резерва, выдвинуться во фланг, выбрать удобную позицию, в общем, свободно маневрировать.

В нескольких километрах от Луганского на трассе есть такое брошенное из-за обстрелов маленькое село Нижнее Лозовое. Наши войска его не занимали, это была серая зона, куда противник свободно заходил. Там перед селом возвышенность. Если выехать на возвышенность на БТРе, танк может стоять в засаде, и шансов спастись у нас не будет никаких. Такие места надо проверять незаметно. Я остановил БТР, пошел пешком. Смотрю – внизу все чисто, танков противника нет, можно двигаться.

Мы въехали в село, буквально 5-6 домов проехали, и тут поворот. Там узкое место, ручей, через него переезд с глубокими кюветами. В одном кювете примерно 12 февраля наши бросили самоходную гаубицу “Гвоздика”. А в другом кювете примерно 14-го бросили танк. Никто их не вытаскивал, экипажи ушли. Я знал это место, мы здесь проходили. Сейчас вокруг этой техники копошилась группа бойцов. Они, видимо, только подошли. Их было 12 человек, часть из них залезла на танк и его осматривала. А часть располагалась с другой стороны дороги. Едем себе потихоньку, чтобы тоже в кювет не нырнуть, бойцы на нас внимания не обращают, спокойно действуют. Смотрю, у каждого из них крутая экипировка: хорошие каски, очки, на автоматах коллиматорные прицелы, камуфляжные накидки, не комбинезоны, а именно накидки. Я подумал, может это какой-то спецназ МВД или Нацгвардии, они тоже рядом с нами были в Луганском. У нас на БТРе развевается большой украинский флаг, и вот уже мы примерно метрах в 30, когда один из бойцов на нас оборачивается. Я ему кричу: “Свои!” А он смотрит… И вдруг разворачивается и начинает бежать от нас к танку! И я тут же фиксирую – у них белые повязки на плече, наш опознавательный – желтые! Сомнения у меня оставались каких-то доли секунды. “Контакт!” Российская разведка! И все загремело – друг по другу в упор. Я открыл огонь не по убегающему, а по солдату на танке. Надо отметить – противник также мгновенно открыл огонь в ответ, они не струсили. Один из них начал махать руками – что-то похожее на наш сигнал “развернуться в линию”. Его срезал из БТРа с места старшего машины мой заместитель Хмурый. Ваня Зуев (Vanya Zuev) срезал из пулемета троих, которые были с другой стороны дороги.

Я прыгаю с БТРа и уже в полете чувствую – что-то прилетело мне в ногу. Приземляюсь – передо мной метрах в 20 чувак целится по ребятам на БТРе, я стреляю – и осечка! У нас новые были “Форт-221”. Устраняю осечку, полсекунды, а врага уже нет – то ли срезали его, то ли сам упал. Наш БТР по инерции подъехал к брошенному танку уже метров на 20. У БТРа, к сожалению, пулемет сделал несколько выстрелов и замолчал, неисправность. И в этот момент из-за танка кто-то бросает дымовую гранату, затем вторую, они падают прямо на БТР. Все в дыму. БТР начал ехать назад. Это было правильно. У нас к тому времени остался целый только Зуев, и те, кто в машине. Оба бойца, кто со мной сидел, получили пулю, один в ключицу, другой в руку, им надо было оказывать помощь. Нам просто повезло, что никто не погиб. Надо отметить, что несмотря на внезапность, дистанция была как для игры в снежки, и противник стрелял мастерски. Вряд ли “сепары” могли это быть, такая экипировка только у россиян.

И вот вижу, что БТР уходит. Цепляюсь за решетку, которой он был обварен для защиты, думаю, выберусь. Но нет, чувствую, сил нет. Упал. Нога не работает, тяжелое ранение, кость перебита. Оказал себе помощь, жгут. И начал постепенно отползать с этого места. БТР ушел через пару минут. И как только он ушел, из-за танка вышло двое их бойцов, пошли проверять, что произошло. Они от меня метрах в 70. Подходили они к телам своих, проверяли, кто живой, кто ранен. Меня не заметили, думали, наши все уехали. У них были свои хлопоты – поднимают руки, пульс, но куда там, Ваня ПКМ по ним в упор разрядил, мы тоже отстрелялись неплохо. Однако противник своих не бросил.

Позднее на разборе боя, я отметил, что нам повезло, поскольку разведгруппа противника подошла к этому месту, видимо, почти одновременно с нами. Охранение выставить не успели. Судя по расположению их группы, они готовились организовать засаду. Часть бойцов у них лазила по танку, трофеи искали, видимо. А если бы они развернулись в линию и встретили нас с фланга со всех стволов – шансов бы у нас не было, ведь я уже говорил, у БТРа сразу вышел из строя пулемет. Если бы они подготовились, много беды смогли бы натворить. Слава Богу, что мы их приняли.

В общем, я продолжал отползать, там дом был заброшенный недалеко, я туда. Но понимаю, сделают зачистку – и мне “крышка”, я двигаться не могу. Связь не работает.

А в это время БТР завез раненых на базу. А Ваня Зуев и другие ребята, кто целые, поехали искать другой БТР, чтобы меня вывезти. Там куча техники стояла, но им всем приказ надо был, не поехали. А вот БТР-4 Нацгвардии стоял в Луганском, я его видел, вот эти ребята без вопросов согласились, хоть у них там и неисправности были. Стемнело уже, холод. Связи нет. Было не весело. Но меня не бросили. Мои ребята вернулись за мной – как же я был счастлив их увидеть! Ваня нашел место боя, они пришли, связались и меня спасли. Я потом найти хотел нацгвардейцев, поблагодарить и слава Богу – связались, это из Ивано-Франковска оказались ребята.

К сожалению, группу Юры Бутусова направили по другому маршруту, и мы уже не могли им помочь – там ребята погибли почти сразу…

Я долго лечился в Германии после этого, чтобы восстановиться. Сейчас продолжаю службу в ССО и могу с гордостью сказать: те изменения в подготовке, которые мы сейчас делаем – это современный уровень. Мы становимся сильнее. Но своих погибших товарищей и этот день мы помним, поминаем, ездим на могилы. Мы хорошо учимся, потому что мы вернемся на нашу землю, за которую столько крови пролито, и мы обязательно отомстим”.

О героях в этом тексте:

Юрий Бутусов удостоен ордена Богдана Хмельницкого 3-й степени (посмертно) и общественной награды “Народный герой Украины” (посмертно), вот статья о том, как он погиб.

Иван Зуев, пулеметчик 3-го полка спецназ, продолжает службу в спецназе. Иван – уроженец Крыма, вернулся в Украину, удостоен государственных наград и общественной награды “Народный герой Украины”.

Позывной Янек: Мы пошли на помощь Бутусову и столкнулись с россиянами на дистанции в 30 метров. Контакт! - и друг по другу в упор! 02

на фото – Иван Зуев

В Национальном музее истории Второй мировой войны в экспозиции, посвященной российско-украинской войне, хранится костюм Зуева, в котором, он был в том бою. Обратите внимание на перчатки – они прожженные. Когда начался бой 16 февраля Иван держал пулемет за ствол, ствол раскалился, перчатки прожгло.

Позывной Янек: Мы пошли на помощь Бутусову и столкнулись с россиянами на дистанции в 30 метров. Контакт! - и друг по другу в упор! 03

Перчатки спецназовца Зуева в экспозиции Национально музея истории Второй мировой войны, заметна дырка на пальцах, прожженая раскаленным от стрельбы стволом пулемета в бою 16.02.15.

Иван Зуев за спасение командира удостоен общественной награды “Народный герой Украины”. Вот его интервью.

Экипаж БТР-4 №306, который спас Янека, был из состава 4-го добровольческого батальона Нацгвардии “Крук” из Ивано-Франковска. Состав экипажа – Віталій Медвідь (Vitaliy Medvid), Александр Пинчук, Игорь Доценко.

Позывной Янек: Мы пошли на помощь Бутусову и столкнулись с россиянами на дистанции в 30 метров. Контакт! - и друг по другу в упор! 04
Экипаж БТР-4 4-го добровольческого батальона Нацгвардии из Ивано-Франковска: стоят слева – Игорь Доценко, позывной “Донбасс”, справа Александр Пинчук, позывной Пиня, сидит на корточках механик-водитель Виталий Медвидь, позывной Беро.

БТР был поврежден минометным огнем противника – одно колесо разорвано, что для БТР-4 критично, и потому двигался на небольшой скорости. Экипаж предупредили, что рядом действует танк противника, но они все равно пошли на помощь незнакомым им спецназовцам.

Юрий Бутусов, Цензор.НЕТ

Продовжити читання

Зараз обговорюють